Федра сломлена. Её гордость разбита, злоба угасла, и на смену им пришло долгожданное раскаяние. Женщина наконец осмеливается взглянуть правде в глаза и признаёт весь тот невыносимый вред, который она причинила Валентине. Слёзы текут по её щекам, когда она даёт обещание, которое, казалось, никогда не сможет дать. Отныне благополучие девочки станет для неё важнее собственной ненависти. Федра клянётся измениться — не для себя, а для дочери.
