Изабелла больше не может терпеть бесконечные унижения и издевательства, которые обрушиваются на неё снова и снова. Её терпение лопается, и женщина, движимая отчаянием и гневом, стремительно врывается в комнату Федры. Она не собирается больше молчать или оправдываться. Глядя прямо в глаза своей мучительнице, Изабелла чеканит каждое слово: Валентина не несёт никакой ответственности за те чудовищные зверства, которые совершила Фауста. Ребёнок не может отвечать за грехи взрослых, и пора это наконец понять. Её голос звучит твёрдо и решительно — это не просьба, не мольба, это ультиматум, облечённый в форму правды.
