Полусознательную Вику доставляют в реанимацию. Илья, стиснув зубы, борется за неё с фанатичной яростью. Когда кризис миновал, он ловит короткую передышку — ему кажется, что эта спасённая жизнь на грамм искупает невыносимую вину за Ларину смерть.
Но передышка длится недолго. Слава, сделав многозначительную паузу, роняет в тишину кабинета как бомбу: «А ты знал, что у Жени с Грачёвым был роман?» Новость обжигает Илью. Он выходит к Жене, и в его глазах кипит не просто гнев, а горькое разочарование. «Сколько ещё секретов? — шипит он. — Или он до сих пор твой запасной аэродром?» Его доверие, так недавно возрождённое, рассыпается в прах, и каждая их прошлая близость теперь кажется ему ложью.
Тем временем Вера, собрав остатки надежды, тихо говорит Ромке: «Я поговорю с отцом. Ещё раз. Я заставлю его услышать меня». В её голосе — не просьба, а обещание, последняя ставка в борьбе за собственное будущее.
