Карпенко метался по коридорам, как загнанный зверь. Долг душил, кредиторы звонили не переставая, а он занимал у всех подряд, забывая о больных. Пациент едва не задохнулся, пока Семён выпрашивал деньги в ординаторской. Проверяющий был краток: «Увольняйте, или я напишу рапорт». Хлебников молчал, но Карпенко сам положил заявление на стол.
А через час привезли девушку без сознания. Врачей не хватало, и Семён, забыв о своих проблемах, бросился к операционному столу. Спас. Вытянул с того света. А после понял: это его последняя операция в этих стенах.
Новые проверки уже входили в больницу с папками и суровыми лицами.
