Капельница текла медленно, пациентка дремала. А через час реанимация боролась за её жизнь — и проиграла. Настя стояла белая как мел, глядя на пустую койку. Антибиотик, который она ввела, оказался смертельным.
Бородина тем временем делилась с Галаевой радостной новостью: «Никиту ждёт большое будущее. Серьёзная должность, рост, перспективы». Галаева кивала, думая о своём.
Никита ворвался в ординаторскую, не скрывая гнева: «Ты понимаешь, что натворила? Аллергия! В карте было написано!» Настя молчала, не в силах вымолвить ни слова.
Тогда вперёд вышла Нарышкина. «Это я назначила. Не она. Моя вина». Тишина рухнула на комнату тяжёлым одеялом.
Настя и Вика переглянулись. Им обеим было ясно: Елизавету Владимировну нельзя бросать одну. Они взялись за руки, будто клянясь друг другу.
